Сохранить мгновения потомкам

Сохранить мгновения потомкам

Сохранить мгновения потомкам

17 января 2017, 09:01
Общество
Наиль Шабиев
Сохранить мгновения потомкам

17 января заслуженному работнику культуры Карелии и России, Почетному гражданину Петрозаводска прославленному фотокорреспонденту Семену Ароновичу Майстерману исполнилось бы 85 лет. Весной 2015 года маэстро журналистики не стало, но память о нем хранится в сердцах тысяч людей, с кем ему по жизни приходилось встречаться…

Трагедия и боль «Курска»

После трагедии подводной лодки в Баренцевом море о Семене Майстермане узнал весь мир, хотя и раньше снимки тассовского фоторепортера с солидным стажем работы о самых разных событиях в мгновение облетали многие страны. Вместе с отважными спасателями на борту норвежского судна «Майя» из журналистской братии был только он.

Начальник штаба флота Михаил Моцак распорядился никого из представителей СМИ в Баренцево море не допускать, а собкору ИТАР – ТАСС дал добро вылететь утром первым вертолетом к месту аварии, а уж там командующий флотом пусть сам решает.

Адмирал Попов встретил фотокора довольно сурово, но все же распорядился выделить каюту журналисту. Но это было лишь начало. Потом Майстерману пришлось преодолевать самого себя, не выносившего качку на море, но вынужденного добираться до объектов съемок на утлом катере, который, как пушинку, бросало в море.

А представьте, каково было подниматься 70-летнему человеку по веревочному шторм-трапу без всякой страховки на борт спасательного судна «Михаил Рудницкий». Но это надо было сделать для миллионов людей, ждавших крупиц информации. Батискафы никак не могли пристыковаться к «Курску». В тяжелейших условиях репортер продолжать снимать батискафы с разных точек и в разных положениях на поверхности моря.

- Возвращались обратно на крейсер на том же катере, - рассказывал Майстерман. – Казалось, вскоре закончатся эти мучения, но при подъеме на борт «Петра Великого» сломалась лебедка, и пришлось четыре с половиной часа болтаться в море. Когда нам кинули трап, который висел, словно цирковая трапеция, выбирать уже не приходилось. Или еще неизвестно, сколько времени в полуобморочном состоянии быть на катере или на свой страх и риск лезть по этой двадцатиметровой лестнице. Это все равно, что взбираться на 10-этажный дом. Преодолел и это.

Момент подъема подводной лодки фоторепортер снимал уже с вертолета и находясь на судне «Майя» с открытой двери.

В те тяжелые месяцы он не раз бывал и на военной базе в Видяево, куда приезжали убитые горем родственники команды погибших моряков. Он показывал мне эти фотографии. Невыносимо тяжело смотреть на трагедию и боль.

Репортер сделал тогда для истории около двух тысяч снимков, полных трагизма и героики. Уникальные кадры сразу распространялись по всем мировым каналам.

Через некоторое время вместе со своей верной помощницей, одним из лучших фотодизайнеров Аллой Вахромеевой, они сделали огромную выставку «Курск». Она демонстрировалась в Санкт-Петербурге и Мурманске, Роттердаме и старинном военном форте Копенгагена. Автор не знал, как воспримут ее родные и близкие погибших. Они благодарили его, особенно за последний прижизненный снимок экипажа. Огромный интерес проявили к фотографиям и за рубежом. «Это наша общая боль, - говорили репортеру датчане и голландцы.

Привычка – быть первым

У мастеров такого уровня есть чутье на события. Без этого они бы просто не состоялись. Но мало раньше других узнать о произошедшем, важно мгновенно сориентироваться и принять решение. А уж потом правдами и неправдами добиваться, чтобы оказаться в нужный час в эпицентре событий. Не многим журналистам это удается, а уж попасть на сверхсекретные объекты – удел избранных.

Семен Майстерман первым из гражданских фотокорреспондентов в стране в начале семидесятых прошлого столетия запечатлел на пленку дозаправку бомбардировщиков в воздухе. Причем, снимок был сделан над Северным Ледовитым океаном. Во время военно-морских учений «Океан» его взяли на один из мощных самолетов ТУ-16.

Наш знаменитый земляк первым из фоторепортеров в 1966 году попал на льдину в Белом море, где снимал рождение гренландских тюленей. Дело в том, что они производят на свет потомство только на тонких льдах Белого моря и каждый март приходят сюда.

Конечно, с одной стороны, дело случая, но с другой – фортуна улыбается профессионалам высшего класса. В гостиничном холле Архангельска репортер случайно встретил людей в меховых унтах, которые рассказали ему, что через месяц высаживаются на лед изучать жизнь тюленей. Это были представители трех биологических институтов, снарядивших экспедицию. В разговоре также выяснилось, что корреспондентов брать туда не будут. Тогда Семен Аронович «застолбил» дружбу с руководителем экспедиции, который на прощание сказал: «Приезжай, может быть, возьмем на часок». И взяли.

-Мороз был сильный, но лед под ногами трещал, - вспоминал журналист. – Конечно, была опасность оказаться в ледяной воде, но чего не сделаешь ради нескольких уникальных снимков. Аппаратура вся замерзла, один аппарат я прятал под шубой.

На счастье, репортера, вертолет, который должен был забрать его со льдины, прилетел только через неделю. Так что наш герой отснял все пленки и сделал прекрасный репортаж. Газета «Неделя» напечатала его аж на двух полосах. И опять во многих изданиях мира снимки произвели фурор. Такого в журналистской практике еще не было.

Потом были еще экспедиции и ученые даже брали с собой журналистов, но Майстерман был первым. После той поездки ему еще дважды посчастливилось побывать на Северном полюсе.

Именитый среди именитых

Мало кому в жизни довелось встретиться с таким числом известных, а порой просто прославленных людей. Неоднократно он встречался с патриархом Алексием. По заданию ТАСС ездил в Иерусалим, чтобы потом сделать фотовыставку, посвященную 1000-летию христианства на Руси. За две недели мастер сделал много интересных фотографий. Патриарху понравилась выставка, о чем он не преминул сказать на ее открытии.

Во время пребывания Владимира Путина в Петрозаводске он показал ему свой альбом «Карелия», на котором глава государства оставил автограф со словами уважения к его таланту.

Семена Майстермана признавали солидные адмиралы и главнокомандующие флотами. Эпизод с «Курском» - лишнее тому подтверждение. Он был прекрасно знаком с генеральным конструктором атомных подводных лодок Игорем Спасским, с популярным скульптором, бывшим североморцем Львом Кербелем, пробурившим самую глубокую в мире скважину на Кольском полуострове Давидом Губерманом. Он дружил с известным поэтом Евгением Евтушенко и почетным гражданином Петрозаводска космонавтом Андрианом Николаевым.

Во время пребывания в Карелии он фотографировал Никиту Хрущева и Юрия Андропова, встречался с Наиной Ельциной и Татьяной Дьяченко, известными политиками и дипломатами, артистами и художниками. В его квартире на проспекте Ленина бывал знаменитый диктор Левитан.

Разве перечислишь, с какими личностями за долгую творческую судьбу посчастливилось встретиться известному репортеру? Вот и выходит, что он именитый – среди именитых. Но при этом Семен Аронович всегда оставался удивительно скромным и отзывчивым человеком.

Опередивший время

Почти всю жизнь Семен Майстерман занимался репортажной фотографией. Искал и находил интересные сюжеты и события. Многие работы сохранены в его фотоальбомах, их за полвека тассовской работы у него вышло 15. Первой книгой в цветном изображении он называл «Хибины», напечатанную в 70-е годы тиражом почти в 50 тысяч экземпляров.

- Мне хотелось, чтобы ее могли купить все местные жители, - говорил он, - знали и гордились своим краем.

Большинство фотоальбомов издано небольшими тиражами, но их можно найти в библиотеках и выставочных залах. В их числе великолепно оформленная и напечатанная книга к 300-летию Петрозаводска и красочный альбом «Кольский полуостров». В руки их стараешься взять бережно, чтобы ненароком не испортить хотя бы одну страницу. Читателям открывается удивительная по красоте северная природа, уникальные исторические памятники, отснятые с высоты птичьего полета панорамные виды Петрозаводска и живописнейших уголков Кольского полуострова. Даже мы, живущие на этой северной земле, открываем для себя много нового, не говоря уже о жителях России или других стран.

Майстерман одним из первых понял, что будущее фотографии за цветом. Он начал снимать так еще тогда, когда многие и понятия об этом не имели. Это было практически недоступно, не было пленки, нужной аппаратуры. Но мастер сумел и здесь найти выход, стал чередовать черно-белые снимки с цветными.

Другим его новаторством было то, что он, несмотря на все цензурные тогда запреты, стремился снимать сверху. Нет, партизанщины особой не было, Семен Аронович умел убеждать людей. К примеру, с начальником авиабазы по охране лесов он договорился о съемках площади Гагарина с борта самолета. С помощью авиации сфотографировал и петрозаводский причал так, что виден даже «Тяжбуммаш».

- А как показать красоту и величие Кижей, как не с самолета? – убежденно говорил он своим оппонентам.

Внук фотографа

Хотя и родился на Украине, после войны 13-летним мальчишкой наш герой попал в Петрозаводск. Матери к тому времени уже не было в живых, погибла в эвакуации. Отец нашел их с младшей сестренкой и забрал из детского дома к себе. Вскоре его перевели по службе в Смоленск, а потом на Дальний Восток. Уезжать с ним из Петрозаводска Семен отказался и в дальнейшем сам устраивал свою судьбу.

Художественное училище, которое он окончил по специальности альфрейщик-живописец, особо не помогло. Ведь работы по специальности не было. Вскоре он начал писать небольшие заметки о спорте, которым тогда активно занимался, выступал даже за сборную Карелии по конькам. Молодого паренька заметили и пригласили на работу в радиокомитет, позже – в газету «Комсомолец». А к фотографии пристрастил известный в республике фотокорреспондент Виктор Трошев. Видимо, сказались и гены – дед Семена был фотографом.

В ТАСС подающий надежды журналист оказался благодаря популярному журналисту Марку Редькину, который приезжал в 60-е годы в Петрозаводск. При случайной встрече выяснилось, что корифею негде в провинции проявить пленки. Майстерман предложил свою фотолабораторию на телевидении, где к тому времени работал. Увидев содержимое помещения и фотографии, Редькин удивился и пообещал, что о нем не забудет. Но лишь спустя еще два с половиной года молодого журналиста вызвали в обком партии и сообщили, что его приглашают в ТАСС.

Своими учителями, кроме Трошева и Редькина, Майстерман считает и выдающегося советского фотокорреспондента Евгения Халдея. В 1945-м именно он фотографировал водружение знамени Победы над Рейхстагом. С ним Семен Аронович дружил до конца его дней. Кстати, любопытное совпадение: Халдей жил в Москве на улице Петрозаводской.

… Во время работы над книгой о 300-летии Петрозаводска Майстерману позвонила женщина, представившаяся Татьяной Огурцовой. Она сообщила, что у нее есть фотография столетней давности, сделанная его дедом. Аврум Майстерман хоть и был районным фотографом, но марку держал. На обороте снимка, где снята украинская семья, стояла фирменная печать мастера. Семен Аронович переснял редкий архивный снимок, и он вошел в фотоальбом «Петрозаводск -300 лет».

Дед, наверное, и не мечтал о том, что его дело будет продолжено внуками, тем более – что маленький Семен станет известным фотокорреспондентом в мире.

У ленинградского поэта Вадима Шефнера есть прекрасные строки: «Все будет так и все не так через одно мгновенье». Стихи о том, что нужно удивляться происходящему, в обыденном искать необычное и запоминать эти мгновения. Семен Майстерман дарил их людям и сохранил для потомков.

Сюжеты:
Статьи
Нашли опечатку в тексте? Выделите её и нажмите ctrl+enter