Участник проекта «Голос» Евгений Кунгуров спел в Петрозаводске со своими друзьями

Участник проекта «Голос» Евгений Кунгуров спел в Петрозаводске со своими друзьями

Участник проекта «Голос» Евгений Кунгуров спел в Петрозаводске со своими друзьями

6 июня 2014, 15:47
Культура
Участник проекта «Голос» Евгений Кунгуров спел в Петрозаводске со своими друзьями

Премьер театра «Московская оперетта» Максим Катырев, приглашённый солист театра «Новая опера» (известный также по проектам Первого канала «Голос» и «Один в один») Евгений Кунгуров и классический и эстрадный певец Владислав Косарев по счастливой случайности встретились несколько лет назад и решили создать трио!

Концерт трёх баритонов намечался уже несколько раз в разных городах и всё откладывался. И вот Петрозаводск! «Вам повезло», – говорят артисты.

На интервью мы отправились сразу же после первой репетиции «трёх К» в столице Карелии. Надо сказать, что на обычную репетицию это походило мало, ведь артисты не только пели. Чувствовалось, что всё трое в необычайном восторге от встречи, первой совместной репетиции и шуток, которые рождались прямо на сцене.

Казалось, что после такого насыщенного трёхчасового прогона у баритонов не хватит сил и юмора на интересное интервью. Однако беседа вышла очень живая. В личном общении баритоны оказались очень веселыми, остроумными людьми. Поэтому наше интервью имело характер скорее дружеской беседы и вопросы зачастую тут же рождали дискуссию, впрочем, читайте сами...

Евгений Кунгуров

Интервью получилось длинным, но тем, кто следит за творчеством этих замечательных артистов, думаю, будет интересно провести время с тремя друзьями, тремя известными баритонами и просто приятными людьми.

– У каждого из вас своя успешная сольная карьера. Что послужило поводом для создания творческого союза?

ВЛАДИСЛАВ: в 2012 году мы снимались в новогодней программе «Романтика романса» в «Крокус Cити Холле». Тогда о Жене я уже слышал, с Максимом мы были знакомы, но втроем встретились впервые. И пришла безумная идея – причем всем троим одновременно: а давайте сделаем передачу для «Культуры» к 8 марта и споём оперные арии, оперетту, русский романс и советскую эстраду. В итоге остановились на романсах и эстраде, что-то пели сольно, а что-то смогли разложить на несколько голосов.

ЕВГЕНИЙ: у каждого из нас куча своих проектов, мы можем спокойно обходиться друг без друга (смеются). Но когда мы соединяемся вместе – к сожалению, это пока происходит редко, – мне кажется, от этого выигрывают все. И прежде всего зрители.

МАКСИМ: рейтинг нашей первой программы на «Культуре» был очень высоким. Даже сами не ожидали.

– Поэтому вы решили продолжить эксперимент... Сколько раз уже намечался концерт «трех К»?

ВЛАДИСЛАВ: раза три уже. После той передачи на «Культуре» было очень много вариантов, но собраться вместе было практически невозможно. У Жени после проекта «Голос» была куча предложений… Графики у всех плотные, никак не состыковаться, двое могут, третий нет…

ЕВГЕНИЙ: поэтому Петрозаводску повезло!

МАКСИМ: Косарев вот поехал в Хабаровск с «Тремя К» один. (смеются)

ВЛАДИСЛАВ: хотели ехать туда втроем, потом не смог Женя, а за два дня до концерта не смог Максим, и я поехал отдуваться один. Так что, пока только сборно-разборные «К» получались.

– А что решили спеть на совместном концерте?

ЕВГЕНИЙ: Влад у нас художественный руководитель, слушает много наших записей, выбирает то, что лучше звучит, чтобы все были в выигрыше. Мы все вокалисты, но у Влада еще и прекрасное дирижерско-хоровое образование, он слышит многие вещи, мыслит очень музыкально.

ВЛАДИСЛАВ: мы старались сделать программу, как говорится, для широкого зрителя: опера, оперетта, советская эстрада… Что-то уже звучало в Петрозаводске, что-то будет исполнено нами впервые, например, песня «Платье» Александра Морозова, из репертуара Иосифа Давыдовича Кобзона. «O sole mio» мы разложили на три голоса, сделали свой оригинальный вариант, но навеян он, конечно, проектом Паваротти, Каррераса и Доминго.

– Этот концерт, наверное, требовал большей подготовки, чем обычно? Были ли ещё совместные репетиции, кроме двух петрозаводских?

МАКСИМ: мы долго репетировали эту программу, затем три дня подряд собирались у меня дома для прогона и пели до двух часов ночи. Потом мои соседи вышли и сказали: «Вы так здорово поете, мы заслушались, но нельзя ли, чтобы вы чуть-чуть пораньше заканчивали?»

ЕВГЕНИЙ: у одного репетиция, у другого спектакль, сольный концерт, поэтому и собирались часов в двенадцать.

– У вас похожий репертуар, первая буква К в каждой фамилии.. Что вас ещё объединяет?

МАКСИМ: мы почти одного роста, почти одного возраста… (смеются). Мы три баритона, но в тоже время абсолютно разные: Женечка самый низкий баритон.

ВЛАДИСЛАВ: я – центральный, а Максим – лирический баритон, все верхние ноты – его.

ЕВГЕНИЙ: когда мы работаем втроем, поднимается настроение. Я получаю большое удовольствие от общения с ребятами, у каждого своя мужская энергетика, харизма. Максим – типичный фрачный герой, уточненный, изящный. У Влада голос очень благородный.

ВЛАДИСЛАВ: кстати, я не в первый раз замечаю, что у нас нет соперничества между собой, не пытаемся тянуть одеяло на себя, проорать погромче, посильнее… Наверное, причина в том, что мы друзья, каждый из нас человек талантливый и не надо никому ничего доказывать. У каждого свой стиль, свой почерк.

МАКСИМ. Каждый из нас понимает, что если мы будет работать сообща, сплоченно, только в этом случае получится качественно.

ВЛАДИСЛАВ: а еще мы друг другу подкидываем работу… Это уникальная ситуация! Москва – город жесточайшей конкуренции, и среди певцов тоже. Обычно так не делают, а мы запросто: «Я занят, увы, но у меня на примете есть два шикарных баритона!».

Официально вы называете свой проект «баритоны XXI века». В народе вас зовут «Три К»… Как же правильно?

ЕВГЕНИЙ: это к Владу Косареву. Если честно, мы с Максимом были за «Три К».

ВЛАДИСЛАВ: во-первых, мы действительно баритоны, во-вторых, мы живем в XXI веке, в-третьих, мы приблизительно одного возраста – нам всегда будет двадцать один! (смеется) Да, «Три К» - оригинальное название, но оно как-то не вяжется у меня с серьезным названием, которое одинаково убедительно будет выглядеть и в русскоязычном, и в англоязычном варианте. А если написать «Баритоны XXI века» – это выглядит стильно. На самом деле, ситуация неразрешенная, нас двое против одного: мне нравится этот бренд, а парни считают, что нужно найти что-то другое. Так что пока мы думаем, ищем.

МАКСИМ: мне нравится «Три К» – это такое своеобразное совпадение первых букв наших фамилий. Потом по-всякому название крутили: «К-3», «трио К»… Надеюсь, никто не будет спорить с тем, что гениальные мысли приходят внезапно? Над ними не надо сидеть вечерами и думать. Вот, Влад перебрал уже кучу разных названий, я тоже ему много разных вариантов предложил, но то, которое родилось в первый раз – «Три К» – его и нужно было использовать. Если кто-то шутит «Три К в трико» – пусть.

ВЛАДИСЛАВ: оно не цепляет! «Три К» – это звучит забавно в неформальном общении, но если говорить о серьезном рыночном бренде… «Баритоны XXI века» – это солидно, а «Три К в трико» – пацанство. Как вы судно назовете, так оно и поплывет.

– В общем, этот вопрос ещё обсуждается.. А какие образы воплощаете на сцене?

ВЛАДИСЛАВ: думаю, каждый из нас воплощает свой индивидуальный мужской образ, каких сейчас не хватает на современной эстраде, как мне кажется. Сейчас много мальчиков-лютиков и других интересных… ммм… экземпляров.

ЕВГЕНИЙ: в сольном концерте своя энергетика. А здесь сразу три баритона! Например, любят утонченного Максима, благородного Влада или баламута Женю, любят лирику или как Влад поет песню «Платье» – в нашем проекте есть возможность послушать каждого и всех вместе.

– Что станет для вас вершиной карьеры? Звание, например?

МАКСИМ: у нас нет определенной цели стать заслуженными или народными артистами всея Руси, потому что оно нам ничего не даст. Это не советское время, когда прибавляли зарплату… Это приятно, но нет эйфории, как когда-то. Мы получаем удовольствие от того, что мы работаем. До тех пор, пока мы будем иметь возможность выходить на сцену, работать – втроем или сольно – мы будем счастливыми людьми. А потом, наверно, мы будем преподавать, и тоже будем счастливыми людьми.

ВЛАДИСЛАВ: мне бы не хотелось, чтобы в моем творческом пути была вершина, которой я достиг, потому что после вершины некуда двигаться вверх, только падать или уходить со сцены. Поэтому я очень хочу, чтобы ближайшие лет сорок были связаны только с поступательным движением вверх, с новыми сильными и яркими песнями. Хотелось бы, чтобы и я, и мои друзья работали не только в серьезном классическом жанре, но и в жанре современной популярной музыки, и чтобы этот жанр был таким же качественным и художественно полноценным, как это было в прошлом веке. Сейчас много песен, которые живут в лучшем случае месяц-два, не знаю, с чем это связано. Хотелось бы, чтобы появились песни, которые со временем станут классикой эстрады XXI века.

– Евгений, у вас после проектов на Первом канале, теперь, скорее всего, нет проблем с поиском композиторов? Увеличилась ли популярность, гонорары после участия в «Голосе», «Один в один»?

ЕВГЕНИЙ: конечно, жизнь перевернулась, это правда. Самая большая ценность – то, что есть возможность работать в хороших дорогих студиях с прекрасной аппаратурой, с шикарными звукорежиссерами, с хорошими оркестрами, общаться с композиторами... Вот, прилетев сюда, я связался с Александром Борисовичем Журбиным, чтобы он придержал для меня песню… 3 июня я встречаюсь с Ларисой Рубальской по поводу песни – ищу репертуар. К тому уровню, на котором я нахожусь, я пришел уже давно, но, конечно, много приобрел сейчас за счет концертов. Возможностей особо не давали, а сейчас благодаря проектам люди стали понимать, что я многое делаю качественно. Заметили, увидели – и появилась интересная работа. Моя жизнь разделилась на до и после. Началось все с канала «Культура» и проекта «Большая опера» – всегда это говорю, канал «Культура» я очень люблю и ценю.

- Насколько тяжело дались эти проекты?

ЕВГЕНИЙ: это такая безумная практика и далеко не легкий жанр – пожалуй, это самое трудное, что я делал в жизни! Мы там пахали! На подготовку я потратил столько сил, сколько не тратил в консерватории и в театре! Мне не стыдно за этот проект, я работал там честно. Честно, многое не получалось, а многое получалось. Честно на месяц лишился сна и приводил потом себя в порядок. Получил огромный опыт, более того, на этом проекте я нашел многие голосовые краски. Отказаться от этого было бы безумием. Но главный совет от Александра Олешко был – получать удовольствие от проекта, что я и сделал.

- Наверняка, были и те, кто осуждали ваше участие в популярных программах?

ЕВГЕНИЙ: меня довольно часто осуждают за мои проекты те, кто любит оперу. Но порой приходится идти на уступки. Как театральным актерам говорят: вы снимаетесь в сериале двенадцатого порядка, а закончили школу-студию МХАТ! А если человек в театре играет роли третьего плана, но, попав в сериал, становится востребованным, медийным человеком, у него есть работа, благодаря сериалу он может кормить свою семью (а в театре его никто не знает, и он пошел на сделку с совестью) – тут уже отношение к этому меняется. Так было с моим другом, который снялся в сериале и стал получать главные роли в театре, которых до того не получал… И более облегченный вариант песен приходится петь именно поэтому.

– Вы из трио один решились попытать счастья на Первом. Максиму и Владу посоветовали бы приобрести подобный опыт?

ЕВГЕНИЙ: я только за, если они пойдут, и все получится.

МАКСИМ: советуй – не советуй, тут как звезды сойдутся. Очень многое зависит от удачи. Я и в «Голосе», и в «Большой опере» пытался участвовать… Не вышло по разным причинам.

ЕВГЕНИЙ: нет показателя качества. Например, на отборе сидит пять человек, и тут как повезет: услышат они что-то особенное в тебе или не услышат, есть ли «свои» среди участников... Или настроение у жюри такое, что твоя запись их не «цепляет». Значение имеет конкретное состояние здесь и сейчас. Сегодня есть успех – слава Богу, теперь надо его удержать, и я работаю с максимальной отдачей.

ВЛАДИСЛАВ. У каждого из нас своя дорога – как в песне «My way», и каждый идет по ней, руководствуясь не сколько разумом, сколько интуицией. Можно всем ломиться в «Голос», но не у всех удачно после «Голоса» сложится судьба. Прежде всего надо слушать самого себя и делать то, что тебе нравится, то, во что ты веришь. Я слышал разные мнения по поводу участия Жени в шоу «Один в один», многие осуждают, я, посмотрев несколько номеров, ничего, кроме позитивных эмоций, не испытал. На мой взгляд, он ни на йоту не уронил свой авторитет серьезного оперного певца.

– Влад, из вас троих только Вы не закреплены ни за каким театром…

ВЛАДИСЛАВ: для меня приоритет то, что я сам хозяин своей жизни.

ЕВГЕНИЙ: я в этом сезоне тоже испытал это ощущение – свободы. Все-таки служение какому-то театру ограничивает, но полностью отказаться от этого наркотика я не могу, ты без него уже не можешь. Самое ценное – когда ты себе в театре оставляешь любимые роли, играешь спектакль раз в месяц. Когда в России на твоей афише написано, что ты солист какого-то театра – это солидно. За рубежом наоборот, так самые ценные артисты – свободные, они приезжают по контракту.

МАКСИМ: я к театру привык, для артиста оперетты это мышечный тонус и гигиена голоса, ты постоянно тренируешься в той технике, которой тебя учили.

– В ваших концертах всегда много песен о любви, описанной поэтами прошлого столетия. Как вы считаете, изменилось ли с тех пор отношение к этому возвышенному чувству?

ЕВГЕНИЙ: сейчас семейные ценности пропагандируются и поддерживаются государством. Я считаю, это правильно. В семье должны воспитываться благородные семейные отношения. Многие вещи я стал понимать только сейчас, например, то, что все нужно вкладывать в одного человека. Главное, найти себя и быть счастливыми. Не так много человеку надо для жизни, а найти счастье – это очень ценно.

ВЛАДИСЛАВ: в наше время многое поменялось. Сравнивая песни о любви, которые писались в XX веке, и современные творения, можно сделать неутешительный вывод: то, что раньше называлось любовью, сейчас сведено до какого-то пошлого уровня…. Та любовь, о которой писали Бабаджанян и Рождественский, ни в какое сравнение не идет с тем, как пишут сейчас, это два разных чувства. То, что восхваляется сейчас, к любви, по большому счету, не имеет отношения. Любовь – это смысл жизни, то, ради чего стоит жить и творить, преодолевать жизненные невзгоды, это основа любой деятельности человека. То, что выносим на сцену мы, – это то, во что мы верим, песни о настоящей любви, над которой не властно время, которую каждый человек хочет в своей жизни постичь… Да, изменилось многое, но многое возвращается на круги своя.

Кстати говоря, эстрадная любовная лирика XX века требует колоссальной внутренней работы. Чтобы спеть, например, «Ноктюрн» Бабаджаняна, надо пересмотреть кучу фильмов, прочитать массу книг и стихов, потратить много времени и сил на работу с режиссером… А чтобы спеть большинство из современных популярных песен, особо напрягаться не надо.

МАКСИМ: для любви не существует времени. И тогда, и сейчас это было одно и то же чувство, только сейчас любовь стала моложе, молодежь еще не знает, как с ней бороться, что с ней делать. Но со временем они остепенятся. С возрастом любовь крепчает, как хорошее вино. Что такое настоящая любовь, я понял не так давно, шесть лет назад, когда познакомился с Юлей Гончаровой. Это было совершенно иное чувство, я долго присматривался и понял, что мы созданы друг для друга и в один прекрасный день предложил ей выйти за меня замуж. И не ошибся.

– Вы все поёте в разных жанрах – опера, оперетта, эстрада. Интересно, насколько различаются ваши представления о поклонницах..

ЕВГЕНИЙ: у меня они благородные. Наш возрастной ценз несколько постарше, чем 16-летние девушки, старше 25 лет. Жены, матери, которые начинают ценить более серьезные вещи. Я сам стал ценить других исполнителей, когда стал старше. Наша публика солидна.

МАКСИМ: хотелось бы, чтобы публика помолодела, чтобы поклонницы были грамотными, умными и разбиралась в музыке. Хочется петь такие песни, чтобы будили души, чтобы их хотелось слушать еще и еще.

ВЛАДИСЛАВ: возраст моих поклонниц меня совершенно не интересует. Главное – чтобы у них загорались глаза, когда звучит та музыка, которую люблю я и чтобы на концерт они приходили слушать глубокие и сильные песни, а уходили из зала, чувствуя себя чуточку лучше.

– Судя по тому, как вы зажигали на репетиции, совместные концерты - это ещё и это лишний повод встретиться приятной мужской компанией…

ВЛАДИСЛАВ: конечно, кто-то ездит на рыбалку, кто-то ходит в пивную, а мы… поем!

ЕВГЕНИЙ: наш проект отличается тем, что мы друзья и получаем большое удовольствие от общения друг с другом, от того, что занимаемся любимым делом. Когда сам получаешь удовольствие, оно передается публике.

МАКСИМ: это большое счастье – петь вместе. Мы втроем собрались – и мы счастливы в своем концерте в вашем замечательном городе.

ЕВГЕНИЙ: получать удовольствие можно от многих вещей. Даже от того, что мы сидим, общаемся и шутим. Я только недавно стал это понимать. Сейчас весна, легкая зелень - это так прекрасно! Или можно идти в дождь под зонтом и радоваться. Я всем желаю научиться получать удовольствие от жизни, от любви!

Нашли опечатку в тексте? Выделите её и нажмите ctrl+enter