Смерть в Шалговаара, как отражение печальной российской действительности

Смерть в Шалговаара, как отражение печальной российской действительности
Мнение

17 января , 08:29
Сергей Андреев
Журналист
О том, что случилось 12 января в Медвежьегорском районе написали многие федеральные СМИ. Карелия вновь стала источником невеселых новостей.

Напомню: 62-летний житель поселка Шалговаара Медвежьегорского района, давно и тяжело больной мужчина умер, поскольку машина скорой помощи была на вызове в другом поселке и прибыла к пациенту слишком поздно. Его старались спасти, но время было упущено…

Скорая эта базируется в поселке Паданы и должна обслуживать еще три поселка - Шалговаара, Маслозеро и Ахвенламби. То есть получается, поселка всего четыре, а машина одна.

Минздрав Карелии объяснил: «Организацию скорой помощи затрудняют проблемы с дорогами, а также полное отсутствие в Маслозере, Шалговааре и Ахвинламби сотовой телефонной связи».

Уже после случившейся трагедии где-то в соцсетях прочитал грустную шутку: жителям этих населенных пунктов надо составить график, кто когда будет хворать, чтобы, не дай бог, не болеть одновременно. Очень грустная шутка…

Мы уже привыкли, что когда чиновники говорят «оптимизация», это значит «нет денег». Как говаривал уже бывший российский премьер Дмитрий Медведев «денег нет, но вы держитесь». Вот и держатся в карельских отдаленных поселках. Пока не умирают.

Нет машин, медики не едут в районы – зарплаты небольшие, а забот полон рот. Да и как, скажите, если бы даже зарплата была побольше, заставить выпускницу медфака Петрозаводского университета или медицинского колледжа, получив диплом, поехать в те же Паданы, или Нюхчу? В полуживые поселки, где нет ничего и даже сотовой связи? Чем заманить? Ведь даже женихов там врят ли найти: вся молодежь давно уехала, остались одни пожилые люди и старики.

Ясно, что это происходит не только в Карелии. По всей России. Оптимизация от безденежья уже приняла такие масштабы, что в августе прошлого года Президент Путин вынужден был признать: «Нужны дополнительные меры по укреплению первичного звена отечественного здравоохранения… Люди сегодня по-прежнему не удовлетворены уровнем и качеством работы первичного звена. Пациенты справедливо жалуются на плохие условия, очереди к врачам-специалистам, дефицит кадровВ первичном звене не хватает более 25 тысяч врачей… и более 130 тысяч средних медицинских работников, среднего медперсонала».

Эту тему он поднимал и на своей ежегодной пресс-конференции, и во вчерашнем послании Федеральному Собранию. Более того, Путин анонсировал запуск с 1 июля государственной программы модернизации первичного здравоохранения и выделение на это более чем полтриллиона рублей.

И это все замечательно. Но вот скорой в Паданы еще хотя бы одну машину найти, чтобы действительно не составлять жителям Шалговаара, Маслозера и Ахвенламби график кому когда хворать – это было бы просто здорово.

Но, как я понимаю, денег на это не предусмотрено в республиканском бюджете. Ну что, надо держаться, пока по поручению нашего гаранта Конституции первичное звено здравоохранения не модернизируют.

У этой печальной истории, случившейся в карельском поселке есть еще один как-то всеми умалчиваемый нюанс. Как стало известно, покойный страдал тяжелым заболеванием, но… не обращался к врачам аж с 2011-го года!

Как так? Да-да, многие из нас лишний раз в поликлинику не пойдут. Каюсь, сам такой. Где-то что-то кольнет, голова закружится. Ничего, думаем мы, пройдет. Вот таблеточку выпью и пройдет…

Но здесь-то! Тяжелая болезнь. И, как я узнал, в июле прошлого года в Шалговаара три дня работал передвижной ФАП. Хорошо, не было у мужчины желания самому туда сходить, но родственники-то куда смотрели? Почему не настояли, чтобы он прошел обследование? Ведь знали о его тяжелой болезни. Более того, человеку стало плохо 11 января вечером, а скорую они стали вызывать только 12-го. Это как?

И вот это уже никакими просчетами в российском здравоохранении не объяснить…

Будьте все здоровы!

Found a typo in the text? Select it and press ctrl + enter