Болевой прием: какие уроки новый коронавирус дал здравоохранению Карелии
Аналитика

Болевой прием: какие уроки новый коронавирус дал здравоохранению Карелии

8 мая , 12:16Photo: https://pixabay.com
Новая разновидность ковида по-прежнему остается главным героем информационной повестки в Карелии. О "болевых точках" здравоохранения Карелии и его будущем после нового коронавируса мы поговорили с министром здравоохранения Карелии Михаилом Охлопковым.

Урок первый: оптимизация

«Мы вынесли из этого очень хорошие уроки» - признает министр. И тут же добавляет: с момента назначения на должность [в декабре 2018 года. – Прим. Ред.] в регионе не были сокращены ни один фельдшерско-акушерский пункт и ни одна врачебная амбулатория. То есть - ни одна медицинская организация, уточняет Охлопков.

Министр здравоохранения РК Михаил Охлопков
Photo:https://vk.com/minzdrav10

Правда, минувший год, пожалуй, выдался гораздо боле «мягким» в оптимизационном смысле. Регион успел наломать дров за последние несколько лет: менялись штатные расписания, росла врачебная нагрузка, а медучреждения лихорадило от организационных реформ.

В 2018 году «рвануло» в Питкярантском районе: когда жители узнали о том, что в местной ЦРБ собираются закрыть родильное отделение, сократить некоторые виды медпомощи, то создали онлайн-петицию, в которой пожаловались на острую нехватку специалистов, услуг. В конце концов, как женщина на последнем сроке беременности поедет из Питкяранты в тот же Петрозаводск? На такси за тысячи рублей?

А громкое объединение Медвежьегорской ЦРБ и Толвуйской амбулатории в 2017 году? Тогда Минздрав говорил о том, что оставлять в селе небольшое учреждение не очень экономично. В свою очередь, работники амбулатории отмечали, что добираться до Медвежьегорска десятки километров, мягко говоря, не очень удобно. Да и зачем это нужно, если в амбулатории есть свои лаборатории, стоматологи, акушеры?

Власти же подчеркивали, что речь не шла о сокращении объемов медпомощи, кадров и ссылались на необходимость административно-хозяйственной экономии. Логика была такова: появляются свободные деньги, которые можно направить на те же зарплаты врачам. И на пресловутые принципы бережливого производства.

Медвежьегорскую больницу лихорадило долго...
Photo:https://vk.com/minzdrav10

Вспоминаются длительные споры в Лахденпохском районе, где еще в 2014 году оптимизировали местную больницу, сделав ее филиалом Сортавальской ЦРБ. Уже в 2018 году жители собирали обращения в Кремль, где отмечалось, что из-за объединения в районе осталось менее десятка круглосуточного стационара в терапии. На весь район. Снова говорилось и о транспортной доступности: Лахденпохья и Сортавала разделяют десятки километров плохих дорог. Как везти больных?

На фоне такого прошлого интересно смотрится заявление вице-премьера Татьяны Голиковой, которая признала, что «во многих регионах оптимизация была проведена неудачно». В любом случае, надо признать, что новому министру здравоохранения Карелии достался не самый благополучный регион, и не исключено, что ранее принятые решения могли сказаться на эффективности сегодняшней борьбы с инфекцией. Но все-таки причем здесь коронавирус?

Любая оптимизация ухудшила бы и без того не самую благоприятную ситуацию с инфекционными больницами в республике, сложившуюся еще в девяностые годы. По словам Охлопкова, республика долгое время жила без эпидемий и пандемий, поэтому инфекционные больницы и отделения быстро попали «под нож». Причем по этому пути шел весь мир.

«Я всегда был сторонником утверждения, что оптимизация иногда бывает излишней, необдуманной, импульсивной, императивной, и сейчас мы это поняли, в первую очередь, по нашим инфекционным больницам, - говорит министр. - Ведь в советские годы во всех районах были инфекционные отделения и профильные самостоятельные учреждения. Эпидемий не было, и республика (как и человечество в целом) очень быстро забыла о том, что могут быть эпидемии, пандемии, о том, что есть понятие мутации вируса. Поэтому в девяностые и начало двухтысячных годов практически все инфекционные больницы и отделения были сокращены. Теперь нам пришлось их экстренно возрождать».

Министр здравоохранения РК Михаил Охлопков: "Оптимизация бывает излишней, необдуманной, импульсивной..."
Photo:https://vk.com/minzdrav10

Урок второй: многозадачность

Случайность или нет – но Карелии удалось спрогнозировать «географию» распространения заболевания. Эксперты предполагали, что коронавирус, в первую очередь, ударит по Сегеже, затем захватит южные направления (Сортавала и Питкяранта). Не забывали про Костомукшу (все-таки Финляндия рядом), зато Беломорск рассматривали в качестве наименее «предрасположенного» к инфекции города. Учитывались многие риски: соседство с границей, «монопрофильность», миграционная обстановка и так далее.

И вроде бы многое успели. Судя по статистике заболеваемости, долгое время многие районы республики оставались «чистыми»: Беломорск «сдался» одним из последних, а чуть позднее эстафету подхватил Олонец. В обоих районах на сегодняшний день – официально по одному больному.

Как бы то ни было, оперативность решений не отменяет среднесрочного планирования. По словам Михаила Охлопкова, второй этап работы касался других отраслей медицины. Уже потому, что ковид опасен осложнениями – и смертью.

«Мы ориентировались на хирургию, гинекологию, но прекрасно понимали, что таких больных, вероятнее всего, будет гораздо меньше, - говорит министр. - И речь шла о более отдаленных сроках. Мы исходили из потенциально большого количества больных с ковидом-19, имеющих хирургическую или гинекологическую патологии. Но мы также понимали, что не меньшего внимания требуют и пациенты, которые находятся на гемодиализе, поэтому одновременно в Госпитале для ветеранов войн [сейчас там находится монопрофильный центр. – Прим. Ред.], сразу предусмотрели палаты для гемодиализа для «ковидных» больных».

Важно то, что в условиях пандемии рискуют все, у кого ослаблен иммунитет. Эксперты в Карелии изучали первый печальный опыт других стран – и ранжировали опасность последствий от нового коронавируса следующим образом.

Во-первых, инфекция почти всегда чревата тяжелыми респираторными синдромами. Во-вторых, коронавирус может обострить заболевания сердца, и инсульты. В-третьиях, инфекция опасна развитием острой почечной недостаточности. Потому следовало ловить нескольких «зайцев», и Карелия предусмотрела запасные варианты. С учетом уже имеющихся центров – регион подготовился к не самым оптимистичным прогнозам. Впрочем, здесь лучше «перебдеть»…

«У нас есть маршруты резерва: это наш наркологический диспансер, роддом Гуткина под хирургию и гинекологический стационар на улице Луначарского в Петрозаводске, - уточняет Михаил Охлопков. – И эти вопросы мы должны были решать уже в январе-феврале. Что бы было, если сначала появился ковид-центр в Беломорске, но при этом мы бы опоздали в Питкяранте и Петрозаводске?..»

Урок третий: кадры

Любые организационные изменения были бы бесполезны, если лечить – некому. И по большому счету Карелия в «эпидемиологическом» смысле крайне рисковала: так сложилось исторически. Как вспоминают в Минздраве региона, в свете многих последних реформ отрасли «под нож» попадали эпидемиологи. Упомянутая оптимизация, переход на новую тарифную сетку, использование других критериев оплаты труда, рациональное использование имеющихся денег…

Так, в первую очередь, на выход отправились те, кто, скажем так, был не нужен. На тот момент. Дополнительным аргументом стал дубляж функций эпидемиологов в Роспотребнадзоре и больницах. Правда, мало учитывалось то, что первые занимались преимущественно надзорной деятельностью, вторые же – работали «в поле». Потому к новому коронавирусу Карелия эпидемиологически была подготовлена слабо. Но как же быть с другими, не менее важными, медицинскими кадрами, о дефиците которых в регионе говорилось много и часто?

Кто кого дублирует? Или не дублирует?
Photo:1Mi

«Дефицит кадров, к сожалению, у нас был всегда, теперь же основными являются вопросы перераспределения кадров, - говорит Михаил Охлопков. - Каким образом? Мы прилагаем максимальные усилия для того, чтобы укомплектовать ковид-центры имеющимися ресурсами, не забывая при этом про первичное звено. Поэтому речь идет о том, чтобы при большом количестве больных с ковид-19, например, привлекать студентов из других регионов. Мы уже обсуждали это с институтом Мечникова в Санкт-Петербурге, где студенты четвертого-пятого курсов уже работают в больницах помощниками врача. Они готовы отправить студентов в Карелию, а мы готовы обеспечить их проживанием и питанием».

Но все-таки что будет с кадрами, когда коронавирус уберется из региона? Как уверяет министр, необходимые ресурсы будут сохранены:

«Мы всегда говорили о том, что в Карелии наблюдается дефицит врачей в первичном звене здравоохранения – это центральные районные больницы, врачебные амбулатории, офисы общей врачебной практики. Но при этом мы всегда говорили - и никто на это не обращал внимания, - что у нас есть профицит врачей, которые работают в республиканских стационарах. И этот профицит мы направим на работу в монопрофильные центры, которые никто закрывать не собирается».

Урок четвертый: дети

Но вернемся к пациентам. Среди них, к счастью, - пока не так много детей. По последним данным Минздрава, в Карелии новую инфекцию диагностировали всего у шестерых, а один четырехмесячный малыш уже выздоровел. Значит ли это, что про детские койки можно забыть? Вряд ли – и в этом смысле Карелии снова приходиться работать над ошибками.

«В свое время в Детской республиканской больнице была выделена секция для лечения инфекционных заболеваний, - говорит министр здравоохранения РК. - Но затем в боксах окна были заколочены, двери замурованы. И никто не задумывался о возможной эпидемии. Сейчас мы все восстановили. А Республиканская инфекционная больница? Сегодня это учреждение так называемого «смешанного типа» - для детей и взрослых. А ведь во время эпидемии такое смешение потока очень опасно. Инфекционные отделения для детей и взрослых, как минимум, должны располагаться в отдельных помещениях».

У Карелии есть и повод для гордости, о чем власти вслух говорили редко. В свое время регион стоял перед дилеммой о «сокращении» роддома имени Гуткина в Петрозаводске – с учетом недавно построенного Республиканского перинатального центра. Причем были и сторонники такой оптимизации, но главным доводом в пользу сохранения роддома был… вирус. Причем любой, не только новый.

Лучше два, чем один. Тем более - в условиях пандемии...
Photo:Google Maps

«Мы все время говорили о том, что республике нужен второй, альтернативный роддом, если вдруг разразится какая-либо эпидемия, - вспоминает Михаил Охлопков. - В итоге мы убедили сторонников идеи закрытия роддома отказаться от нее. Есть два потока пациентов: те, кто обследован (здоровые беременные женщины) и те, кто не обследован, но с признаками ОРВИ. Все здоровые женщины поступают в перинатальный центр, а имеющие признаки респираторного заболевания – в роддом Гуткина. Уверен, многие слышали о вспышках нового коронавируса в других регионах, например, в Якутске. Что будет, если встанет перинатальный центр? Поэтому всегда нужен альтернативный роддом».

К слову, сегодня всех женщин, которые ждут ребенка, проверяют на Covid-19. Как недавно сообщал «КарелИнформ», по указу Минздрава республики анализы сдаются в Республиканском перинатальном центре и роддоме Гуткина. Срок ожидания результатов – приблизительно одна неделя.

Урок пятый: деньги

О недостатках в финансировании здравоохранения в Карелии можно говорить много. А на фоне нового коронавируса – и подавно. Но. По сути, коронавирус «спровоцировал» серьезнейшие денежные вливания в отрасль. Появились большие деньги на ремонты, зарплаты, новую технику. Официальный Портал Госзакупок нынче также пестрит профильными тендерами.

В конце апреля здравоохранению Карелии выделили почти полмиллиарда рублей, в том числе, из регионального бюджета. Как сообщали в кабмине региона, деньги пойдут на новое оборудование, ремонт детской республиканской больницы, лекарства для пациентов и т.д. При этом, отмечалось, что такой объем денег региональная отрасль получила впервые за много лет.

Отдельные решения по финансированию также принимались с учетом долгосрочного планирования, добавляет Михаил Охлопков:

«Это – не сиюминутная борьба с проблемой, а наши вложения в будущее. Например, в монопрофильных центрах полностью заменены старые и изношенные двери, окна, сантехника, произведена правильная «разводка» кислорода. Новые учреждения станут прекрасными пульмонологическими центрами, ведь с каждым годом болезней органов дыхания становится больше».

Такие центры должны помочь республике в борьбе с болезнями органов дыхания – например, с той же внебольничной пневмонией, о которой на фоне коронавируса сегодня часто вспоминают местные СМИ.

Кроме того, некоторые больницы в республике расширят функционал и займутся лечением как инфекций, так и болезней органов дыхания. Для этого, в том числе, сегодня закупаются компьютерные томографы, в которых остро нуждались отдельные медучреждения.

***

Сегодня эксперты в один голос повторяют: миру придется привыкнуть к новому коронавирусу. Карелия, как видим, тоже по-своему отмахивается от этой «назойливой мухи», от которой мы когда-нибудь избавимся. Зато теперь, надеемся, хороший урок получили и власти, вынужденные во многом переосмыслить свое отношение к отрасли здравоохранения. Главное – чтобы домашнее задание было выполнено, ведь новые болезни, как известно, старыми не бывают…

Found a typo in the text? Select it and press ctrl + enter