Нашествие волков в Карелии: ЧП или обыденность?

Нашествие волков в Карелии: ЧП или обыденность?
Аналитика

6 марта 2018, 11:33
Дмитрий Ананьин
Когда хищники перестанут наводить ужас на жителей республики

С начала этого года в Карелии добыто уже 75 волков, тогда как ежегодно охотники сокращают их численность где-то на 160-170 особей. Тем не менее, по данным ученых и специалистов Минприроды РК, поголовье хищников в регионе существенно не меняется. Более того, волк вроде бы совсем обнаглел. В последние годы от жителей все чаще поступают сообщения о незваных гостях в населенных пунктах: звери расправляются с хозяйскими собаками и создают панику. Этой зимой охотники устроили массовые облавы в Прионежском, Кондопожском, Суоярвском, Медвежьегорском, Муезерском и Пудожском районах. Где-то охота прошла успешно, где-то нет, а зимний охотничий сезон уже завершен. Что республику ждет в обозримом будущем? Как власти собираются справиться с регулярным нашествием зверя? Какие сюрпризы ждут охотников? И можно ли вообще говорить о нашествии? Ответы ниже.

Пришлось самому

Алексей Сидоров из поселка Боровой в Калевальском районе объявил войну волкам не так давно. По его словам, в этом году звери совсем осмелели и уже осенью стали терроризировать местных жителей. Мужчина по ночам караулил хищников в засаде и в итоге поймал одного. Охотился «на собственном энтузиазме», по возможности привлекая родственника.

– Волки очень жестко «работали», в прошлом году таких масштабов не было, - рассказывает Алексей. – Зверь чувствует безнаказанность и начинает «борзеть». Помню, как-то в начале четвертого ночи два молодых волка прогнали собаку с огромной скоростью прямо по центру поселка, я даже среагировать не успел. У нас целая стая, я уже не первый год наблюдаю за ней. Недели три назад было замечено сразу шесть волков. Видимо, есть матерая волчица, которая приводит выводок и тренирует его на собаках-кошках. В конце концов, я понял, что у нас никто волками не занимается, и этим вопросом занялся плотно сам.

Как считает охотник, в этот зимний сезон волки облюбовали населенные пункты по нескольким причинам. Во-первых, в текущем году выпало очень много снега, из-за чего серьезно поредела численность северного оленя (в Калевальском районе это основная крупная добыча хищника).

– Волкам в лесу волка стало не хватать корма, из-за снега передвигаться проблематично, поэтому они потянулись к населенным пунктам, - вспоминает Алексей. Вторая причина для Карелии не нова: это местные домашние или одомашненные животные, которые по недосмотру хозяев становятся легкой добычей «серого».

– Люди не закрывают своих питомцев в вольерах, оставляют на привязи, - поясняет охотник. – Из-за этого у нас загрызли очень много собак. Бывали случаи, что их буквально срывали с цепи. Я еще не считаю кошек на самовыгуле.

До человека зверь пока не добрался, но такой возможности наш собеседник не исключает, хотя и уточняет, что пока это маловероятно. Проблемы усугубляются весной: зимний сезон охоты заканчивается в марте, и хищники в большей степени предоставлены сами себе.

– Если волк чувствует, что за ним не охотятся, то у него начинает притупляться чувство опасности, - поясняет Алексей. - Весной волками никто не занимается, они идут, куда хотят, и грызут, кого хотят, уже спокойно приходят в поселок. А если охотник возьмет на себя смелость разбираться с ними своими силами, то у него могут быть большие проблемы, вплоть до уголовной ответственности.

Поясним. С 2012 года волка по всей России приравняли к пушнине, потому отныне его круглогодично добывать нельзя. Впрочем, в Минприроды Карелии отмечают, что физлицо в отдельных случаях может получить разрешение у охотпользователя и после закрытия сезона. Однако, по мнению Алексея Сидорова, полномочия «самостоятельных» охотников все равно неплохо бы расширить.

Пока же неплохим стимулом для людей остаются деньги. Напомним, сейчас за взрослую особь волка охотник в Карелии получает вознаграждение в 10 тысяч рублей. «Премиальные» положительно влияют на эффективность борьбы со зверем (об этом позже), но их размер, как считают волчатники, все равно недостаточен. Ловля хищника – дорогое удовольствие.

– За вычетом подоходного налога за волка я получил 8700 рублей и считаю, что, конечно, это очень мало, - говорит Сидоров. – Вот если было 30 тысяч рублей... Я, например, использую снегоход, а сколько нужно бензина, чтобы догнать волка? Плюс расходы на саму технику. Да и обложить волка флажками (один из наиболее эффективных методов охоты на зверя. – Прим. авт.) тоже очень сложно.

Алексей работает вальщиком леса и помогает поселку с волками в пределах своих возможностей. Обращался даже в местный совет, предлагал попросить у населения денежной помощи.

– Уже и такие пути ищу, потому что не могу за свой счет этим заниматься, - пожимает плечами охотник. - У меня есть семья, которую надо кормить. Но если размер выплаты увеличат, то в этом направлении буду работать интенсивнее. И вообще: планирую продолжать активность. Но сейчас меня останавливает то, что если я поеду охотиться на волка, то не поеду на основную работу и не заработаю денег.

«Больше нам не надо»

Как бы то ни было, премиальные сделали свое дело. После того как в 2016 году их размер в Карелии вырос с 4 до 10 тысяч рублей, волкам пришлось несладко.

– В 2016 году было добыто 162 волка, это серьезный удар по волчьему населению, - отмечает главный научный сотрудник лаборатории зоологии института биологии КарНЦ РАН, профессор и доктор биологических наук Петр Данилов. – Но расходы на отлов хищников тоже выросли.

Поголовье зверя в регионе по итогам зимнего учета 2016 года оценивалось в 380 особей плюс-минус 10 процентов. В прошлом году, судя по числу следов на 10 км маршрута, численность зверя серьезно не изменилась.

– Регулировать численность волка обязательно, - говорит ученый. - Если мы «распустим» волка, то он придет к нам на задворки. Поэтому если немножко интенсифицировать отлов, то мы бы заметно снизили его численность. Волка надо держать на уровне 150-200 особей, и это было бы хорошо для всей Карелии, больше нам не надо.

При этом даже существующее поголовье большой опасности для человека не несет. А рост числа волчьих выходов к людям, из-за которого жители били тревогу этой зимой, не наблюдается.

– Человеку волков бояться не нужно, они уже давным-давно не нападают на людей, - вспоминает Данилов. – Такие факты были еще в страшные годы позапрошлого века. Сейчас волку больше нечего взять, наши специалисты ведут мониторинг гибели особей, и роста нет. Людей, слава богу, волки боятся. Если бы на них не охотились, тогда начали бы нападать, ведь хищник наглеет, если не давать ему укорот.

Сейчас звери лишь таскают хозяйских собак и кошек, но и это для республики давным-давно не новость. По словам ученого, нападения случались еще в конце 1970-ых годов, когда в республике было очень много лося – основной крупной добычи волка.

– Гибло даже больше собак, но охотничьих - гончих, лаек и так далее, - вспоминает профессор. - Правда, их тогда было больше, а сейчас они, по сути, бездомные. Все равно вспоминается такой случай: лет десять назад в Ведлозере волки загнали собаку аж на второй этаж каменного дома, тогда хозяин ее отбил. Известны факты нападений и в окрестностях Петрозаводска. Поэтому думаю, что нынешняя паника, возможно, преувеличена.

В свою очередь, об ущербе домашним хозяйствам говорить нельзя: скота, как такового, в Карелии почти не осталось, считает ученый.

– Нет ни в одной деревне ни одной овечки или козочки, я уж не говорю о коровах и лошадях, - добавляет Данилов.- Да, есть собаки, но сделай вольер, хорошую будку. Это же твоя собака, пусть живет себе, радует тебя и членов семьи. Зачем их распускать по деревне?

Пока же волчатники в Карелии со своей задачей справляются, хотя дополнительный стимул им бы не помешал, причем не только денежный. Раньше, например, в свое время в республике проводились конкурсы на лучшего волчатника. А самые активные получали бесплатные лицензии на отстрел лося, вспоминает Данилов.

Так или иначе, неудобные «волчьи» вопросы следует задавать не самим охотникам, а тем, кто отвечает за охотничьи угодья. Условно землю в республике можно разделить на два типа – общедоступную и «коммерческую». По мнению ученого, с последней категорией по всей России творится «полное безобразие».

– В России в распоряжении обществ охотников (коллективов и т.д.) находится 276 млн га земельных участков, тогда как площадь коммерческих угодий почти в 2 раза больше, - приводит статистику Петр Данилов. – При этом все владельцы охотугодий обязаны регулировать численность волка, это у них записано в уставах. А исполнение эти обязательств должно контролировать государство.

Необходимость бывает крайней

Как же с контрольной функцией справляются карельские власти? И насколько актуальна в республике проблема безответственных «частников»?

На сегодняшний день в Карелии официально имеется 69 охотничьих участков, которые используются 43 охотпользователями (из них один является индивидуальным предпринимателем). Таким образом, занятые территории составляют приблизительно 39%, а общедоступные угодья – 61% от всей площади охотугодий в республике. Такую статистику нам привел начальник отдела государственного мониторинга и использования охотничьих ресурсов Министерства природных ресурсов и экологии РК Илья Кузнецов.

Как видно из цифр, одно юрлицо может иметь несколько охотхозяйственных соглашений. Вне зависимости от этого, пользователь обязан самостоятельно поддерживать численность волка на уровне, который установлен приказом Минприроды РФ (0,05 особей на тысячу га).

– Если начинаются массовые выходы волков, и к нам поступают жалобы-обращения от населения, то мы издаем соответствующее распоряжение на основании приказа о порядке регулирования численности волка, - поясняет руководитель.

Но сначала на место с проверкой отправляется инспектор, чтобы оценить масштабы опасности. Затем при необходимости уже появляется документ. В этом году таких было издано три штуки в отношении юрлиц в Суоярвском и Пряжинском районах. Все распоряжения исполнены.

Тем не менее, заметных проблем «частники» не создают, подчеркивает Кузнецов. Минприроды РК ограничивается предупредительными мерами, направляя разъяснительные письма, хотя теоретически имеет право через суд разорвать соглашение с охотпользователем. Впрочем, у чиновников есть «точечные» претензии.

– Есть юрлица, которые вообще не работают (например, на севере или в Медвежьегорском районе), которые приобрели по аукциону право на заключение охотсоглашений, - говорит начальник. – Они ничего не делают: не дают возможности охотиться охотникам и сами не регулируют численность волков. Территория остается заброшенной.

С такими работают «постепенно», выписывают штрафы и идут в суд. Однако применить более жесткие меры по отношению к нарушителям Минприроды не может, поскольку плановые проверки охотпользователей возможны только раз в 3 года. В то же время, с профильными обществами охотников у карельского Минприроды непонимания нет. По словам Кузнецова, работа «налажена», и коллективы заинтересованы в том, чтобы «волка не было».

Параллельно специалисты беседуют с самими охотниками, которые зачастую боятся стрелять в волка, который заявился в дом.

– В подобных случаях речь идет о крайней необходимости, ссылка на это есть в Кодексе об административных правонарушениях, - поясняет Кузнецов. – Охотник обязан стрелять, не нарушая технику безопасности. Но люди боятся, что у них могут изъять оружие (по правилам стрельба из охотничьего ружья запрещена на расстоянии ближе 200 метров от жилища), и мы начали их убеждать в обратном.

В Минприроды приводят показательный пример. В Калевальском районе мужчина «взял на себя ответственность» и застрелил нескольких зверей, но права охоты его никто не лишил. Правда, следует помнить, что от необходимости доказать «крайнюю необходимость» подобные инициативы не избавят.

В ожидании «бонусов»

Но не одной храбростью живы волчатники. Министерство полным ходом разрабатывает изменения в порядок распределения разрешений на добычу охотничьих ресурсов (лося, медведя и кабана), которые даст звероловам ощутимые преференции. По информации Кузнецова, предполагается, что охотники на волков в общедоступных угодьях в первоочередном порядке будут получать 30% от общего числа квот на район.

– Мы говорим о физических лицах, будем смотреть, кто добыл больше, - поясняет руководитель. – Скажем, из 10 разрешений в районе на добычу лося 3 штуки пойдут волчатникам, а 2 штуки – учетчикам (тем, кто ведет учет животных. – Прим. авт.) и другим специалистам.

Если же выйдет так, что каждый из 10 охотников, получивших разрешение, добыл по одному волку, то преимущество отдадут тем, кто первым подал заявку или «сдал» зверя. Жеребьевка, к сожалению, невозможна, потому как разрешения распределяются строго по административному регламенту.

- Все нюансы должны быть понятны и прозрачны для всех остальных охотников, чтобы исключить коррупционную составляющую, - говорит Кузнецов. - А то многие считают: мол, будем своим людям давать и т.д. На самом деле все очень просто: один добыл три волка, другой два, третий одного. Первым разрешение получит тот, кто добыл три волка. Если все добыли одинаково, то будем смотреть по мере поступления заявок или «сдачи» волка. Бывает так, что многие с этим тянут и ждут, когда вознаграждение увеличится.

Что касается выплат, то над этим тоже работают, хотя о сроках и цифрах говорить рано. Деньги на премии охотникам закладываются в региональном бюджете (в этом году порядка 1 млн рублей), и любая индексация повысит нагрузку на собственную, и без того небогатую, казну.

– Проблема финансирования существует не только у нас, - добавляет начальник отдела. - Сейчас к нам и во все остальные регионы обращается республика Коми с просьбой подготовить в Минприроды РФ совместное письмо с просьбой изменить формулу расчета субвенций. Мы хотим, чтобы туда были заложены федеральные деньги.

Сейчас местные власти рассматривают только две упомянутых меры стимулирования, попутно надеясь на то, что в Россию вернется круглогодичная охота на волка (об этом уже говорят на федеральном уровне). А заодно отмечают, что слабым местом в организации регулирования численности зверя в регионе является… неопытность некоторых охотников. В трех километрах под Пряжей, например, бригада неделю не могла застрелить хищника, говорит Кузнецов.

– В целом же в Карелии все сбалансировано: если волка стали чаще замечать, то мы усиливаем меры регулирования, - подытоживает он.

Специалисты Минприроды уверены, что если темпы добычи не будут падать на протяжении двух ближайших лет, то численность волка придет в норму во всех районах республики. Пока, видимо, охотникам следует быть смелее и опытнее, а населению – внимательнее к своим питомцам.

Found a typo in the text? Select it and press ctrl + enter